17 января. В этот день:

1825 год

Петербург. В газете «Русский Инвалид» № 14 напечатана заметка «Московский Телеграф». Без подписи. В ней говорится о помещаемых в «Телеграфе» стихотворениях: «…имена А.С. Пушкина и князя П.А. Вяземского ручаются за их достоинство».

Петербург. В «Сыне Отечества» №2 напечатаны «Письма на Кавказ. (Продолжение)». Без подписи. <Н.И. Греч>. Приведён отзыв Д.Р.К. <Ф.В. Булгарина> об альманахе «Северные Цветы» – ответ на статью П.А. Плетнёва «Письмо к графине С.И.С. о русских поэтах». Автор отзыва возражает по поводу характеристики Пушкина как «чувствительного» поэта.

1826 год

Петербург. Л.С. Пушкин в письме к С.А. Соболевскому отказывается от предлагаемых Н.А. Полевым условий печатания стихов Пушкина в «Московском Телеграфе» ввиду того, что они невыгодны Л.С. Пушкину, который «получает от других журналистов по 10 и более рублей за стих» брата, а кроме того, не может «ежемесячно доставлять пьесы брата; не всегда пьесы под рукой». Невыгодны они и Полевому, который стал бы «платить за стихи, которые теперь, хотя не регулярно и не ежемесячно, но будет получать даром», так как А.С. Пушкин «решился сколько можно поддерживать Телеграф». Пишет о стихотворении «Люблю ваш сумрак неизвестный»: «Присланная мною пьеса не оглавлена, — иди к Вяземскому и окрестите её как угодно. Дело в том, что пьеса та — прелесть».

1827 год

Туровка Полтавской губернии. Н.А. Маркевич в письме к С.А. Соболевскому в Москву обнимает заочно Пушкина, вспоминает о его подарке шестилетней давности — отправляясь в ссылку в 1820 г., он подарил ему рукописи двух своих стихотворений («Забудь, любезный мой Каверин» и «На лире скромной, благородной»), — а теперь радуется, что получил от знакомых список поэмы «Гавриилиада» (при этом сообщает, что копия поэмы, отправленная ему несколько месяцев назад Соболевским, до него не дошла). Посылая в Москву свой перевод поэмы Байрона «Паризина», Маркевич просит Пушкина, Е.А. Баратынского и Соболевского сделать свои замечания.

Петербург. В письме Главного управления цензуры министру народного просвещения содержится подробный цензурный разбор пушкинских стихотворений «19-ое октября» («Роняет лес багряный свой убор») и «К***» («Я помню чудное мгновенье»). В первом внимание министра обращается на употребляемые Пушкиным слова и выражения: «опальный», «изгнанья день печальный», «постиг меня судьбины гнев» и другие, напоминающие об «известных обстоятельствах жизни» Пушкина. А в стихотворении «К***» цензура отмечает строку «В глуши, во мраке заточенья».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Письмо подписано председателем Главного цензурного комитета Л. Карбоньером и представляет произведения Пушкина «на благоусмотрение и разрешение министра народного просвещения».

1829 год

Пушкин вместе с А.Н. Вульфом – в дороге от Малинников, Тверской губернии, в Петербург. Вульф записывает в дневнике, что на станциях они играли в шахматы, а в пути «говорили про современные отечественные события, про литературу, про женщин, любовь и пр.» и пользовались «всем достопримечательным по дороге от Торжка до Петербурга».

Алексей Николаевич Вульф, сын Прасковьи Александровны Осиповой (Вульф)

1830 год

Петербург. А.Х. Бенкендорф отвечает Пушкину на письмо от 7 января. Сообщает об отказе царя удовлетворить просьбу Пушкина о поездке за границу. Мотивы Николая: «Это слишком расстроит ваши денежные дела, а кроме того слишком отвлечёт Вас от Ваших занятий». А желание Пушкина сопровождать посольство в Китай невыполнимо потому, что «все входящие в него лица уже назначены и не могут быть заменены другими без уведомления о том Пекинского двора». Относительно разрешения печатать «Бориса Годунова» ответ будет дан на днях.

Петербург. С.А. Раевская, вдова генерала Н.Н. Раевского, пишет Пушкину и просит через каких-либо высокопоставленных лиц «замолвить за неё слово» перед Государем.

Николай Николаевич и Софья Алексеевна Раевские

Петербург. Цензор К.С. Сербинович получает от О.М. Сомова пушкинские путевые записки «Военная Грузинская дорога».

1831 год

Москва. Пушкин начинает писать критическую статью <Обозрение обозрений> («[Почти] [Некоторые журналы начали свое поприще обозрением]. Определяйте значение слов»), задуманную, видимо, по материалам обозрений литературы за год (об этом Пушкин писал П.А. Плетнёву 13 января 1831 г.: «… я бы каждую неделю писал бы обозрение литературное…»).

Остафьево. П.А. Вяземский отправляет Пушкину письмо и предисловие к переводу «Адольфа»: «Сделай милость, прочитай и перечитай с бдительным и строжайшим вниманием посылаемое тебе и укажи мне на все сомнительные места. Мне хочется, по крайней мере в предисловии, не поддать боков критике… Посажёная мать спрашивает, когда прикажешь ей сесть, и просит тебя дать ей за неделю знать о дне свадьбы… Покажи же Годунова…».

1833 год

Петербург. Пушкин получает в подарок от И.И. Лажечникова 4-й том романа «Последний Новик», как получал и предыдущие три тома сразу по их выходе.

Динабург. В.К. Кюхельбекер записывает в дневнике: «Перечитывая сегодня поутру начало третьей песни своей поэмы, я заметил в механизме стихов что-то пушкинское. Люблю и уважаю прекрасный талант Пушкина, но признаться, мне бы не хотелось быть в числе его подражателей. Мы, кажется, шли с 1820 года совершенно различными дорогами, он всегда выдавал себя… за приверженца очистительного языка, а я вот 12 лет служу под знаменем Катенина, Шишкова, Грибоедова, Шихматова… чуть ли не стихи четырехстопные сбили меня: их столько на пушкинскую стать, что невольно заговоришь языком, который он и легион его последователей присвоили этому размеру».

1834 год

Москва. П.В. Киреевский пишет Н.М. Языкову: «Ты верно заметил в газетах, что Пушкин — камер-юнкер. — Когда он проезжал через Москву, его никто почти не видал; он пробыл здесь только три дня и никуда не показывался, потому что ехал с бородою, в которой ему хотелось показаться жене. Уральских песен, обещанных перед отъездом туда, он кажется ни одной не привёз; по крайней мере мне не присылал».

1836 год

Петербург. Пушкин получает через магазин Смирдина отправленную ему М.П. Погодиным книгу «История в лицах о Димитрии Самозванце» (М., 1835), которую автор посвятил Пушкину.

Москва. П.В. Нащокин в письме к Пушкину описывает приезд в Москву из Италии К.П. Брюллова, встречи и обеды, устроенные московской театральной публикой. Нащокин пишет под впечатлением встречи и разговора с художником на обеде у М.А. Окулова и рекомендует его Пушкину. В письме он называет Брюллова «ловким, образованным и умным человеком», который понимает «творение» Пушкина.

Петербург. А.А. Краевский пишет М.П. Погодину: «А зачем Наблюдатель напечатал стихи «На выздоровление Лукулла»? Нехорошо. Я порадовался было, когда Пушкин сказал мне, что получил из Москвы известие об отказе Наблюдателя принять его стихи; а потом через неделю получаю 14-ю книгу Наблюд<ателя>, где стихи уже тиснуты. По-моему, это — большая неосторожность. На Пушкина смотреть нечего: он сорви-голова! Третьего дня получил он от Государя позволение издавать журнал вроде Quarterly Review, четырьмя книжками в год, и начинает с марта».

Петербург. В «Северной Пчеле» № 13 напечатана статья Ф.В. Булгарина «Настоящий момент и дух нашей литературы». В ней названы молодые поэты, подающие надежды: Тимофеев, Ершов, Бенедиктов, — и тут же отмечено: «Отцы нашей поэзии давно уже не производили ничего достойного особенного внимания. Они почиют на лаврах». Из повестей и романов Булгарин отмечает «Ледяной дом» И. Лажечникова, «Постоялый двор» А. Степанова, «Пиковую Даму» Пушкина и «Жизнь Елизаветы Кульман» А. Никитенко.

Петербург. В Цензурном комитете получено предписание министра народного просвещения С.С. Уварова, повторяющее августейший текст по поводу издания А.С. Пушкиным четырёх томов литературных статей (альманаха «Современник»).

Петербург. У княгини Н.П. Голицыной, которой исполнилось 95 лет, – бал. Сюда съехался «весь Петербург». В одиннадцатом часу вечера поздравить именинницу приезжает царь.

1837 год

Петербург. К Пушкину приходит 15-летний поэт Облачкин и через повара передаёт тетрадь своих стихов, а за ответом хочет зайти через неделю, но на улице повар догоняет его и приводит к Пушкину. Пушкин не только берёт стихи, но и расспрашивает юношу о его жизни, вызывается помочь как-то определиться в ней. Облачкин позднее напишет в воспоминаниях: «В течение всей моей жизни только один Пушкин, с первой встречи со мною, принял в судьбе моей живое искреннее участие и желал мне помочь делом, а не словами».

Петербург. Пушкин слушает лекцию П.А. Плетнёва в университете. Один из студентов вспоминал: «Помнится, в каком воодушевлённом состоянии поднялся Плетнёв на кафедру, и в то же время в дверях аудитории показалась фигура Пушкина с его курчавою головою, огненными глазами и желтоватым, нервным ликом — шёпот побежал по всем скамейкам… Пушкин сел, с каким-то другим господином из литераторов, на одну из задних скамей и внимательно прослушал лекцию, не обращал внимания на беспрестанное осматривание его обращёнными назад взорами…».

Петербург. Пушкин узнаёт от приехавшей из Тригорского гувернантки, mlle Хилевской (она привезла письмо П.А. Осиповой от 9 января и банку крыжовенного варенья), что накануне в Петербург приехала Е.Н. Вревская, и на последней странице письма Осиповой записывает её адрес: «8 линия. Вревская».

Петербург. Петербургское общество торжественно отмечает столетие княгини Н.П. Голицыной (хотя ей исполнилось только 96 лет). Пушкины, как и другие лица, бывающие в доме княгини, поздравляют её.

Княгиня Наталья Петровна Голицына (княгиня Мусташ)

Петербург. Пушкин с В.А. Жуковским посещают мастерскую К.П. Брюллова. Художник А.Н. Мокрицкий вспоминал позднее, что «Карл Павлович угощал их своей портфелью и альбомами. Весело было смотреть, как они любовались и восхищались его дивными акварельными рисунками, но когда он показал им недавно оконченный рисунок: «Съезд на бал к австрийскому посланнику в Смирне», то восторг их выразился криком и смехом… Пушкин не мог расстаться с этим рисунком, хохотал до слёз и просил Брюллова подарить ему это сокровище, но рисунок принадлежал уже княгине Салтыковой… Пушкин был безутешен: он с рисунком в руках стал перед Брюлловым на колени и начал умолять его: „Отдай, голубчик! Ведь другого ты не нарисуешь для меня, отдай мне этот». Не отдал Брюллов рисунка, а обещал нарисовать другой». Художник М.И. Железнов, дополняя воспоминания Мокрицкого, уверял, что в этот день К. Брюллов обещал Пушкину начать его портрет и даже назначил время для первого сеанса.

Петербург. Пушкины вечером гостят у Мещерских, где присутствуют также П.А. Вяземский, А.И. Тургенев, саксонский посланник Люцероде и другие.